13 Июля 2020

понедельник, 11:46

$

71.23

80.27

Пышки из желудей и вещий сон. Как прошли военные и послевоенные годы воронежской сельчанки

, Павловский р-н, текст — , фото — Дарья Сибирко
  • 3780
Пышки из желудей и вещий сон. Как прошли военные и послевоенные годы воронежской сельчанки   Пышки из желудей и вещий сон. Как прошли военные и послевоенные годы воронежской сельчанки Почему односельчане называют бездетную Марию Помогаеву «маманей».

Почему односельчане называют бездетную Марию Помогаеву «маманей».

Жизнь 90-летней Марии Помогаевой из села Ливенка Павловского района сложилась непросто: она пережила войну и голод, в молодости чудом встала на ноги после серьезной болезни, в пожилом возрасте сломала шейку бедра… Но, несмотря ни на что, женщина встретила корреспондента РИА «Воронеж» в синем нарядном платье, с бусами на шее и счастливой улыбкой. 

Начав рассказ о своем военном детстве, Мария Федоровна сразу посерьезнела: «Трудная доля досталась нам...»

Лебеда, крапива, «кутюшки»

Когда началась война, Марии было 11 лет. Мужчин забрали на фронт, а вся тяжесть деревенского труда легла на плечи женщин и детей. Маша осталась с мамой и сестрой Катей, которая была старше ее на пять лет. В двух комнатах под соломенной крышей, кроме них, ютились три семьи беженцев. Измученные и полуголодные, они спали на полу, а днем отдавали все силы для помощи сражающейся армии.

Вместе со взрослыми в войну трудились все дети в селе. Работы было невпроворот: сажали просо, рожь, пшеницу, овощи, заготавливали корма и сено для животных, летом чистили пруд от тины.

– С первых дней войны мы, тогда еще школьники, работали в колхозе. Собирали пшеницу широкими граблями с частыми зубьями, а остатки искали вручную. Зерно возили в Нижний Кисляй на тачках за 20 км отсюда, пешком возвращались обратно. Мальчишки пахали бесконечные колхозные поля, девчонки сеяли подсолнечник. Работали по 10–12 часов в день, – сообщила Мария Федоровна.

Пока старики и женщины трудились в колхозе, юные ливенцы рыли траншеи недалеко от села Лосево. Работая в сырых окопах, однажды сильно простудилась Машина 16-летняя сестра Екатерина. После войны она страдала хронической пневмонией.

Дети успевали и учиться, после уроков снова шли в поле. В каждом классе Ливенской семилетней школы было по 15–20 человек. Учителя русского языка и литературы, свою полную тезку, Мария Федоровна вспоминает с улыбкой. Говорит, именно она воспитала в девочке трудолюбие и дисциплину.

Во многих избах жили беженцы и эвакуированные. В маленькой хатке Помогаевых на улице Садовой, где всего было 15 дворов, жили еще три семьи – русские женщины с детьми. Маша с матерью Анной Михайловной и старшей сестрой Катей спали в горнице, остальные – на кухне, прямо на полу. Запасов не было, и люди отчаянно голодали. Варили лебеду, крапиву, толкли желуди, а потом из них пекли пышки и ели вместо хлеба. Весной рвали «кутюшки» – соцветия клена.

– Помню, такой голод был, что мама, найдя на чердаке засохшую шкуру животного, обрила ее всю, порезала на куски, а потом вымачивала их в воде и варила нам холодец, – поделилась Мария Федоровна.

«Не переживай, скоро пойдешь»

К концу войны стали возвращаться мужчины – кто по ранению, кто по контузии. Когда на краю села появлялся солдат, все замирали в надежде: а вдруг наш? До дома его провожала толпа в надежде узнать хоть что-нибудь о своих родных.

Отец Марии, Федор Помогаев, вернулся летом 1945 года. Про войну он не любил говорить, а на все вопросы детей лишь изредка отвечал: «Лучше вам не знать этого». Федор Федорович воевал в 1048-м стрелковом полку, в июле 1944 года был легко ранен в ухо. Демобилизовался в звании младшего сержанта.

К тому времени Мария сильно заболела. Поначалу у девочки просто болела спина. Родные списывали это на усталость после тяжелого трудового дня, но боли усиливались, а спустя время на худенькой спинке Маши стал расти горб. Диагноз «туберкулезный спондилит» (заболевание позвоночника инфекционной природы) Марии поставили уже после войны. На здоровье девочки сказался длительный голод, который продолжился и в послевоенное время.

Бедняжку скручивало на глазах, и отец отвез ее в больницу. Машу осмотрел молодой врач-фтизиатр Иван Менжулин, чьим именем позже назовут одно из старейших медучреждений в стране (в Павловском санатории сегодня получают лечение по нескольким профилям, в том числе и ортопедическому).

– Врач тогда сказал отцу, что если бы мы обратились раньше, искривления позвоночника можно было бы избежать, – вспомнила Мария Помогаева.

Потом – слезы и пять мучительных лет в гипсовом корсете. Пока вся семья была на работе, прикованная к кровати Маша мечтала снова начать ходить.

Однажды к почти отчаявшейся девочке во сне явился Николай Чудотворец в образе невысокого старичка. Открыв дверь в комнату, он сел за стол.

– Я спросила тогда у Николая Угодника, когда я снова буду ходить. Я бы в Кисляй пешком ходила, говорила я ему, только вылечи меня. «Не переживай, скоро пойдешь», – ответил он мне, и я сразу проснулась, – рассказала Мария Федоровна.

Встать с кровати девочку заставил случай. Когда родители с сестрой ушли в колхоз, Маша захотела пить. Чтобы добраться до кувшина с водой, она слезла на пол и поползла по полу. Дотянувшись до края стола, приподнялась и смогла утолить жажду.

«Маманя»

Пока Маша заново училась ходить, вышла замуж ее сестра Катя. В 1947 году у нее родилась дочь Раиса. В 1950 году появилась на свет Вера, а в 1956-м – Володя. Всю оставшуюся жизнь Мария Федоровна посвятила сестре и ее детям. Володю по несколько раз в день носила на руках через десятки километров в поле, где трудилась Катя, чтобы та покормила младенца. Спина Марии время от времени давала о себе знать, но уже болела не так сильно.

Федор Федорович после войны работал кузнецом в ливенском колхозе имени Дзержинского. Хоть достаток в семье был небольшой, он смог насобирать деньги, чтобы купить младшей дочке ножную швейную машинку. Маша хотела обучиться на бухгалтера, но родители настояли на том, чтобы она осталась дома. Освоив швейное дело, Маша шила вещи для всей семьи и сама одевалась неплохо. Такого модного бостонового костюма, как у нее, не было ни у кого в селе.

– Ко мне даже приходил свататься парень из нашего села, Петя Потапов, но он мне не нравился, и я ему отказала, – добавила Мария Федоровна.

Прошли годы. У племянников появились дети, которых также помогала нянчить Мария Федоровна. В 1976 году ушла из жизни мать, Анна Михайловна. После смерти отца в 1978 году Марию Федоровну забрала к себе жить сестра. Екатерины не стало в 2000-м. До 88 лет Мария Помогаева прожила в Ливенке, а после перелома шейки бедра переехала в Павловск.

Последние два года за ней ухаживают младший племянник Володя Русанов с женой Валентиной. У Марии Федоровны инвалидность второй группы, но она, как и прежде, не унывает, каждый день делает зарядку.

В селе ее ласково называют «маманей» за любовь к детям, которые также души в ней не чают. При этом сама она матерью так и не стала. 

Заметили ошибку? Выделите ее мышью и нажмите Ctrl+Enter

Новости Павловского района

Главное на сайте